Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  2. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  3. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  4. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  5. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  6. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  7. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  8. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  9. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  10. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  11. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  12. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  13. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  14. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  15. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  16. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья


/

Сергей Тихановский на свободе чуть меньше трех недель, за это время он сделал много резких заявлений. Например, прямо называл Александра Лукашенко «дураком», рассказывал западным политикам, как давить на него, а также обещал нанести «мощный удар по лукашизму и его пропаганде». Может ли такое поведение экс-политзаключенного повлиять на решение политика отпускать других? Об этом поговорили журналист Глеб Семенов и аналитик Артем Шрайбман в новом выпуске нашего шоу «Как это понимать».

Сергей Тихановский на встрече с беларусами Варшавы. Польша, 26 июля 2025 года. Фото: "Зеркало"
Сергей Тихановский на встрече с беларусами Варшавы. Польша, 26 июня 2025 года. Фото: «Зеркало»

— Дипломатический диалог между Вашингтоном и Минском, в результате которого на свободе оказываются все новые и новые политзаключенные, довольно хрупкий. Велик ли риск, что очень радикальные, жесткие, категоричные заявления Тихановского могут навредить процессу освобождения политзаключенных? — задал вопрос Глеб Семенов.

— Это вопрос о деталях процесса, который может сорваться по куда более глобальным причинам. Представь лодочку, которая плывет по океану в шторм, — ответил Артем Шрайбман. — И мы думаем: если в ней кто-то прыгает, может ли он потопить эту лодочку? Хотя рядом просто огромные волны, и они могут это сделать вне зависимости от того, прыгает там кто-то или нет.

В теории да, Тихановский своими заявлениями может довести Лукашенко до того, что он скажет: «Раз ты так себя ведешь и не хочешь под меня прогибаться, то и я не хочу прогибаться под твою риторику». Это возможно. Но для меня это не самый значимый риск в этом диалоге, потому что мы говорим о материях вторичного по отношению к мировой политике уровня. А переговоры по поводу беларусских политзаключенных, при всем уважении к их судьбам и к тому, что наша страна для нас важнее всего, для американцев не главный сюжет.

И если в какой-то момент Дональд Трамп решит: «Я сегодня с Путиным ругаюсь, меня больше не интересуют переговорные процессы с этими странными дедами из Восточной Европы, буду поддерживать Украину до тех пор, пока Путин сам не приползет на коленях» (кажется, он потихоньку в эту сторону дрейфует), в этот же момент интерес таких людей, как Кит Кэллог, в приезде в Беларусь пропадает. Потому что без контекста мирных переговоров по Украине для этого человека проблем беларусских политзаключенных не существует.

И все — диалог сразу понижается и уходит на уровень общения дипломатов, которые не факт, что могут решить вопрос санкций, вопросы, которые интересны Минску. Все нарушится просто потому, что у Трампа такая фаза. А может быть, наоборот: он завтра передумает, и у Келлога и других появятся новые причины в этом регионе искать возможности локальных побед, продвижение по деэскалации с Путиным или с его союзниками, как Лукашенко.

Поэтому в настолько уязвимом процессе, который зависит от воли Трампа, от того, увидит ли Лукашенко для себя достаточные бонусы в этом разговоре, увидит ли он, что США готовы снимать санкции, от готовности европейцев подыграть этому процессу, от настроения Путина, который в какой-то момент может сказать: «У меня с американцами буксует, а почему ты себе позволяешь, дружок мой младший, такие вот переговоры?», карты могут сложиться абсолютно по-разному. А мы обсуждаем, что сказал Тихановский в интервью. Я понимаю, что для нас это значимо, остро, кого-то злит, но это реально вопрос прыжков в лодке, которая плывет мимо цунами.