Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  2. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  3. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  4. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  5. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  6. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  7. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  8. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  9. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  10. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  11. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  12. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  13. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  14. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  15. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  16. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  17. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось


Office Life, Оксана Кузнецова

Выступление председателя Госкомимущества (ГКИ) Дмитрия Матусевича на заседании Объединенного клуба директоров на прошлой неделе неожиданно переросло в дискуссию, которая едва не затмила собой новости государственного регулирования цен. Журналист Office Life, присутствовавший на встрече, выбрал самые знаковые моменты обсуждения.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

Сначала участники встречи внимательно выслушали рассказ руководителя ГКИ о новых проектах в сфере управления госимуществом и принятых за последний год указах. В полной тишине прозвучала информация о новой редакции указа № 150 об аренде. Одна из главных его особенностей — обещание понизить для производителей товаров минимальный коэффициент к ставкам арендной платы с 0,5 до 0,3. Сохранится пониженный коэффициент для образования — 0,8.

Потери от таких послаблений государство надеется компенсировать за счет увеличения арендуемых площадей.

Приватизация остается точечной

Затем перешли непосредственно к теме приватизации. Здесь, по словам Дмитрия Матусевича, госполитика останется неизменной:

«Я всегда говорю: массовой приватизации не будет, списочной — тоже, никакой. Нам предлагают принять модельный закон о приватизации в рамках СНГ. Но в нашей стране на текущий момент это неактуально».

К такому подходу белорусский бизнес давно привык. Тем не менее приватизация в республике существует — но точечная. По данным ГКИ, в стране есть случаи продажи предприятий со снижением цены до 25% от стоимости чистых активов. Каждый такой случай рассматривается индивидуально рядом госорганов. Главное здесь — наличие бизнес-плана.

Впрочем, кропотливая работа с государственными имуществом не обходится без появления слухов и фейков. Например, при очередной консолидации акций ГКИ столкнулся с упреками в национализации, которые прозвучали даже от некоторых госструктур.

«Дело в том, что мы просто переложили из одного кармана в другой: из хозяйственного ведения передали в оперативное управление. И далее эти активы мы еще передадим или Богданову (т.е. в МАРТ. — Прим. ред.), или в „Белгоспищепром“. Ни в одном из последних решений актов о национализации нет», — пояснил Дмитрий Матусевич.

Чиновник объяснил, что все решения ГКИ принимает для упрощения управления. А оперативности принятия решений, оказывается, помогает введенное в практику корпоративное управление.

«Так, нас попросили помочь в благоустройстве могилы митрополита Филарета, и мы быстро такое решение приняли. А за миноритариями потом еще пришлось побегать. Поэтому мы консолидируем усилия, чтобы было меньше субъектов, причастных к управлению. Но никаких особых потуг в сторону национализации у нас нет. Все понимают, что потом надо управлять», — рассказал Матусевич.

«Коэффициент престижности»: что изменит подход местных властей?

Несколько нарушили впечатление стройной системы управления госимуществом замечания директора ОО «Минский столичный союз предпринимателей и работодателей» (МССПР) Виктора Маргелова. Он отметил, что на практике при сдаче недвижимости в аренду госорганы злоупотребляют «коэффициентом престижности»: повсеместно подгоняют его к значению 3. Как быть?

Дмитрий Матусевич тут же пообещал, что в новой редакции «арендного» указа такого значения не будет — но для производителей. А в отдельных случаях надо «точечно» работать с местными исполкомами.

«Земельно-имущественные налоги — это доходы местных бюджетов, которых не всегда хватает на социальные нужды. Поэтому коэффициент „тройка“ к арендной плате возникает, когда нужно построить дорогу или еще что-то. Возможно, другой взгляд на ситуацию у руководителей исполкомов появится, когда они увидят, что бизнес уходит, а налогов будет ноль», — предположил глава ГКИ.

Судя по реакции предпринимателей, они тоже очень надеются, что в исполкомах прозреют, причем еще до того, как налоги не с кого будет собирать.

Единичный случаи vs системный подход

Следующая проблема, поднятая неугомонным Виктором Маргеловым, — доверительное управление предприятиями с правом выкупа. В стране много предприятий, находящихся в плачевном положении, и есть эффективные собственники, которые потенциально могли бы ими заняться. Но как их заинтересовать и избежать коррупции?

В ответ Дмитрий Матусевич напомнил, что еще полгода назад вступил в силу указ № 330, позволяющий передавать активы в доверительное управление по согласованию с главой государства. Но в таком варианте передачи имущества руководитель ГКИ не видит особого смысла.

«…Если есть бизнес, надо идти через распоряжение госимуществом и приобретать его. К сожалению, реальность такова, что после доверительного управления могут быть предъявлены требования по сохранности имущества, другие. В этом дополнительный риск. Если есть бизнес-идеи, сразу надо выкупать имущество и работать с ним, как со своим», — посоветовал председатель ГКИ.

По его словам, есть реальные кейсы, когда проводится рыночная оценка имущества, и инвестор говорит, за сколько готов купить, приводит расчеты планируемых инвестиций. Иногда заявленная цена покупки в 10 раз меньше рыночной, а решение о продаже принимается. Не сразу, конечно, а после согласования с Комитетом госконтроля, после оценки бизнес-плана. Таких примеров немного, но они есть, заверил Дмитрий Матусевич.

В ответ на это сопредседатель ОО «Минский столичный союз предпринимателей и работодателей» Андрей Бирюков отметил: бизнесу важнее не штучные решения, а системный подход.

«Мы не первый раз поднимаем тему управления имуществом: как вовлечь в оборот то имущество государства, которое каждый день попросту ржавеет и не становится дороже или привлекательнее. Это ресурс, который есть и который нужен бизнесу при правильном распоряжении.

Когда принимается решение кому-то продать дешево, то у других участников рынка возникает вопрос: не коррупционная ли это схема. В госорганах появляются анонимки. Поэтому мы понимаем госслужащих, которые принимают решения медленно, перестраховываясь».

По мнению Андрея Бирюкова, цена за базовую величину невозможна. Гораздо лучшая альтернатива — отсрочка оплаты за имущество.

«Если мы зафиксировали такой подход, то бизнесмен, который собирается освоить имущество, вовлечет его в оборот, заработает прибыль и сможет рассчитаться с государством. Поэтому этот механизм мог бы быть компромиссом».

Кстати, продажа за символическую плату имущества, в т.ч. компаний, владение которыми становится непосильным бременем для собственников, — не такая уж экзотическая практика. Это порой выгоднее, чем разбираться с долгами и содержать бесперспективный, а то и токсичный актив. Такие случаи бывали не только у нас (вроде продажи Сбербанку недостроенной гостиницы возле цирка в Минске за 2 рубля), но и за рубежом. Теперь добавились особые причины. Так, западные компании, покидающие российский рынок, отдают там активы за гроши местным бизнесменам, чтобы избежать санкционных и репутационных рисков.

Кому мешают дорогие деньги

Другая проблема бизнеса — очень дорогие инвестиционные деньги. Финансовый блок правительства и Нацбанк просто непоколебимы в сохранении такого положения дел, считает Андрей Бирюков.

Между тем если банки не могут удешевить кредиты, то государство должно субсидировать процентные ставки — по примеру промышленной ипотеки, внедряемой сейчас в России. Это позволило бы снизить цены на продукцию.

Руководитель МССПР раскритиковал практику «неразумного формирования стоимости денег в стране».

«В Беларуси курс рубля удерживается несмотря на то, что основные торговые партнеры девальвируют свои валюты. В результате мы получили неконкурентную ситуацию, как на своем, так и на внешних рынках», — рассуждает Андрей Бирюков.

Он добавил, что договор между бизнесом и властью невозможен без доверия. Когда частники приходят к госпредприятиям для участия в конкурсах, то сталкиваются с опасениями, что у госорганов могут быть дополнительные вопросы к таким сделкам. В конце концов, частному бизнесу удается работать и с МАЗом, и с МТЗ, но сопротивление сотрудничеству колоссальное, заявил бизнесмен.

Почему бизнес не задает вопросы о приватизации

Тему партнерства предпринимателей и власти осторожно продолжил председатель Республиканского союза промышленников и предпринимателей Александр Швец:

«Бизнес не задает вопросы про приватизацию. Мы их вообще не ставим перед госорганами. Если государству понадобится что-то продать и будут озвучены условия, то мы поинтересуемся. Пока таких предложений нет. Когда хочешь купить дом, нужно ли ходить по Тарасово, стучаться в каждую постройку и спрашивать, продается ли? Такой вариант, в принципе, возможен, но это нерационально с точки зрения бизнеса.

Эффективнее прийти в агентство и узнать, что продается. Но если государство говорит, что ничего не продает, зачем нам терять время? Что касается работы бизнес-союза, главное, к чему пришли: мы ни на что не жалуемся».

Впрочем, некоторые отечественные бизнесмены озабочены не столько тем, как обзавестись новыми активами, сколько судьбой имеющихся. Замораживание цен может повлечь за собой существенное снижение прибыльности компаний, а также фондоотдачи оборудования и деловой недвижимости.