Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  2. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  3. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  4. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  5. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  6. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  7. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  8. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  9. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  10. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  11. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  12. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  13. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  14. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  15. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  16. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  17. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  18. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось


/

Министр иностранных дел Максим Рыженков 24 февраля выступил на сегменте высокого уровня 58-й сессии Совета ООН по правам человека (СПЧ) в Женеве. В своей полной манипуляций речи, которую приводит сайт МИД, он попытался доказать, что уклад жизни в Беларуси по всем статьям выигрывает у западного, а Европа «нарушает все базовые человеческие ценности». Рассказываем, что не так с его словами.

Министр иностранных дел Беларуси Максим Рыженков на 58-й сессии Совета ООН по правам человека (СПЧ). 24 февраля 2025 года, Женева. Фото: МИД Беларуси
Министр иностранных дел Беларуси Максим Рыженков на 58-й сессии Совета ООН по правам человека (СПЧ). 24 февраля 2025 года, Женева. Фото: МИД Беларуси

В своем выступлении глава МИД нарисовал идиллическую картинку Беларуси, где граждане «живут под мирным небом, чувствуют себя в полной безопасности, не опасаются, что их застрелят из автомата, зарежут ножом или собьет грузовик, управляемый фанатиком», они «не боятся за жизнь своих детей, когда те идут в школу или играют во дворе», имеют «работу и достаточную зарплату в том числе, чтобы не экономить на питании, чистой воде, обогреве жилищ и электричестве», употребляют «качественные натуральные (organic) продукты, политически грамотны и активны», у беларусов «бесплатные детские сады, среднее и высшее образование и здравоохранение».

— Могут ли быть в такой стране фундаментальные проблемы с правами человека, как это все понимают большинство из нас? Ведь все вышеперечисленное и есть основные права человека, среди которых главное право — право на жизнь, — заявил Рыженков.

В то же время в ЕС, в представлении беларусского министра, живется гораздо тяжелее, и люди в европейских странах протестуют из-за своих бытовых проблем, при этом не интересуясь политикой.

— Для чего сегодня люди в мире выходят на улицы? <…> Отвечу: когда люди сталкиваются с банальными жизненными проблемами. Так называемый коллективный Запад охвачен акциями гражданского неповиновения, мы это все видим. Участники с большего не интересуются ни защитой СМИ, ни какими-то политическими правами. Мир и безопасность, рабочие места и зарплата, пенсии и социальные гарантии — вот основные триггеры, которые выводят на улицы сегодня миллионы людей в Старом Свете, — убежден Рыженков.

Он утверждает, что «настоящим кризисом демократии является сама Европа, которая нарушает все базовые человеческие ценности».

— Можем ли мы признать ситуацию с правами человека образцовой в Старом Свете? — задался Рыженков вопросом.

Глава МИД усмотрел признаки того, что «„свободный мир“ быстро меняет свои правовые приоритеты в угоду политической конъюнктуры»:

— Еще вчера в женском спорте мы раздавали медали трансгендерам. А сегодня — это уже опять нарушение прав женщин. Мы вновь защищаем женщин от экстремизма гендерной идеологии и восстанавливаем биологическую правду. Это не я сказал, это в демократическом мире говорят, — возмутился Рыженков.

Он пожаловался, что страны развитой демократии «делают то, что им выгодно, а сами грешат в нарушении прав человека»:

— Беларусь неоднократно предупреждала о недопустимости таких «шараханий» и изобретения сомнительных правозащитных концепций, — заявил министр.

Что не так с выступлением Рыженкова?

В своей речи министр приписывает оппонентам, то есть «коллективному Западу», абсурдные или крайние позиции, а затем сам же их опровергает.

Например, взять фразу «Так называемый коллективный Запад охвачен акциями гражданского неповиновения, мы это все видим». Из его слов создается впечатление, будто в западных странах царит хаос, хотя массовые протесты — часть демократического процесса, а не признак краха системы.

Кроме того, отнюдь не везде жители западных стран выходят исключительно на «бытовые» протесты: так, в Словакии люди недовольны пророссийской позицией премьер-министра Роберта Фицо, в Сербии требуют борьбы с коррупцией и восстановления верховенства закона, то есть как раз защиты своих политических прав.

«„Свободный мир“ быстро меняет свои правовые приоритеты в угоду политической конъюнктуре».

Рыженков обобщает ситуацию с трансгендерными спортсменами, представляя это как хаотичное метание Запада, хотя в реальности в спортивном мире нет единого подхода к вопросу участия таких спортсменов и обсуждение этого вопроса продолжается.

Так, в ноябре 2021 года Международный олимпийский комитет (МОК) дал международным спортивным федерациям право самим определять правила допуска спортсменов-трансперсон к соревнованиям под своей эгидой. Одними из первых запрет на участие спортсменов-трансгендеров в женских соревнованиях, если переход не был завершен к началу полового созревания, приняли в World Athletics. Международная федерация плавания (FINA), Международный союз велосипедистов (UCI), Международный совет крикета (ICC) также запретили спортсменам-трансперсонам участвовать в соревнованиях среди женщин, если переход был завершен после полового созревания (12 лет).

В то же время президент США Дональд Трамп подписал указ, запрещающий трансгендерным спортсменкам участвовать в женских соревнованиях в стране.

«Если в стране граждане живут под мирным небом, <…> имеют работу и достаточную зарплату, <…> бесплатные детские сады, среднее и высшее образование и здравоохранение, <…> могут ли быть в такой стране фундаментальные проблемы с правами человека?»

Рыженков подает ситуацию так, будто права человека исчерпываются только правами на жизнь, труд, образование и медпомощь, однако они включают и политические свободы, свободу слова, свободу собраний и другие аспекты, которые министр просто игнорирует — и с которыми в Беларуси, как признают эксперты ООН, все обстоит не лучшим образом.

То есть глава МИД уходит от темы: говоря о правах человека, он смещает фокус с политических свобод и прав на личную безопасность, экономическое благополучие и социальные гарантии.

«Можем ли мы признать ситуацию с правами человека образцовой в Старом Свете?»

Здесь Рыженков ставит риторический вопрос, подразумевающий, что если ситуация не идеальна (а правозащитники и ООН признают, что нарушения прав человека, в частности, расовая дискриминация, происходят и на Западе), то она автоматически плохая.

При этом министр указывает на проблемы с правами человека на Западе, чтобы оправдать куда более серьезную ситуацию в Беларуси и внушить, что права человека — это не универсальная ценность, а инструмент давления.