Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. На торговом рынке — очередное банкротство. Скорее всего, вы слышали об этой компании
  2. «Оккупировали полностью». Беларусы жалуются, что на популярном месте отдыха «везде все платно», — там начались проверки
  3. «Есть прецеденты, когда лиц задерживали». Уже есть уголовные дела за публикации в соцсетях — СК
  4. «Через час, через два ГУБОПиК постучится в двери». В МВД заявили, что вычислили автора одного поста в соцсетях, но он за границей
  5. «Чувствую плевок — и все смеются». В Быдгоще семья поляков напала на супругов из Беларуси
  6. Под Минском появится новый жилой район с населением небольшого города
  7. Зеленский уволил Главкома ВСУ Сырского
  8. Умерла беларусская писательница Светлана Курс
  9. Пассажирка перед смертью успела записать видео. Опубликован отчет о трагедии в небе над Озерцом, где разбились два человека
  10. «Придется ехать за 60 километров». В Беларуси исчез популярный препарат — покупатели ищут замену
  11. Власти придумали новые пенсионные изменения. Рассказываем, какие новшества уже ввели недавно для тех, кто на заслуженном отдыхе
  12. «Мудрый подход». Лукашенко призвал восстановить контакты со страной ЕС, где побывал один раз и позже отклонил приглашение
  13. Доллар развернулся к росту: что будет с курсами в конце июля? Прогноз по валютам
  14. «Любое неисполнение — в армию». Лукашенко поручил отправлять «на южную границу» всех, кто не умеет работать на уборочной
  15. «И смешно, и страшно, б***ь, одновременно». Что пишут беларусские продавцы, у которых сгорели товары на российских складах Wildberries
  16. «Разбираются юристы». Крупный беларусский бренд косметики рассказал о потерях после атаки дронов на склады Wildberries в РФ
  17. «Это величайшее событие в истории человечества». «Зеркало» подводит итоги мундиаля — все сенсации, драмы и герои в одном тексте
  18. В польском Быдгоще задержали семью поляков, напавших на супругов из Беларуси — MOST
  19. Бюро: Этот бизнесмен создал известный шпионский сервис, породнился с правой рукой Лукашенко и ведет дела одновременно в Беларуси и ЕС
  20. Транзит власти в Беларуси почти неизбежен и состоится в ближайшие годы. Но есть нюанс — исследование
  21. В России беспилотники второй раз за неделю атаковали склады Wildberries — есть пострадавшие
Чытаць па-беларуску


Прабабушка и прадедушка Алеси (имя изменено) были поляками, так что она решила оформить карту поляка. Удостоверение личности прабабушки сохранилось, а от прадедушки осталась только военная книжка — в ней национальность не указана. Чтобы найти подтверждение его происхождения, девушка обратилась в агентство. Заплатила 1000 евро, но получила лишь фотографию поддельного свидетельства о рождении своей мамы. «Оригинал» обещали прислать после перечисления еще 1000 евро. Своей историей беларуска поделилась с MOST.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Unsplash
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Unsplash

Алеся приехала в Польшу весной этого года. Девушка была уверена, что проблем с поиском польских корней не будет: вся семья жила в Гродненской области, которая с 1921 по 1939 год входила в состав Польши. Прадедушка Алеси служил в польской армии, об этом и свидетельствует военная книжка. Но национальность — поляк — в ней не проставлена.

Чтобы получить карту поляка — документ, подтверждающий принадлежность к польской нации, — достаточно доказать, что мама, папа, бабушка или дедушка были поляками. А вот если речь идет о предыдущем поколении — прабабушках и прадедушках, — то требуется подтвердить польское происхождение сразу двух из них.

«Возможно, у агентства свои методы»

Чтобы найти документы прадедушки, Алеся и ее молодой человек решили обратиться в одно из агентств, которые занимаются поиском польских корней. При выборе ориентировались на отзывы. Одно вызывало сомнения, другое казалось надежным.

— Агентство было зарегистрировано в Молдове или Румынии, точно уже не вспомню. Мы не проверили их заранее, а просто написали и позвонили через Telegram. Мой молодой человек общался с ними по всем вопросам. Там попросили прислать документы, родословную и заполнить файл с информацией о доме, бабушках, прабабушках и других родственниках. Я все подготовила и отправила, — рассказывает Алеся.

Она заплатила аванс — 1000 евро. Сначала в агентстве обещали, что работа займет месяц, потом уточнили — две-три недели. У девушки уже тогда появились сомнения.

— Обычно на архивные поиски уходит как минимум месяц. Но подумала, возможно, у агентства свои методы, — говорит она.

Из Гродненской области — в Волынскую

Через две недели Алесе пришел скан «документа» — якобы советского свидетельства о рождении ее матери. В нем была та же информация, что и в реальном свидетельстве, копию которого Алеся сама предоставила агентству. Вот только бланк был не на беларусском, а на украинском языке — выдало свидетельство якобы Луцкое бюро ЗАГС Волынской области. И в графе «национальность» матери, то есть бабушки Алеси, значилось уже не беларуска, как в оригинальном документе, а полька.

Любопытно, что место рождения мамы не поменяли — все та же деревня в Гродненской области. Но в углу добавили надпись от руки: «Восстановлено». Как будто первоначальное свидетельство о рождении мамы потерялось, и его пришлось восстановить — три года спустя в Волынской области. Алеся подчеркивает, что на самом деле семья все время жила в одном и том же доме в Гродненской области и в Украину не переезжала.

— Я сказала им, что это незаконно и что потом могут возникнуть проблемы. Но там свели все к простой формуле: «Вам нужны были документы для получения карты поляка? Мы их сделали, с такими вы карту получите. Цель с нашей стороны достигнута», — вспоминает Алеся.

«Вряд ли я что-то докажу»

«Настоящее», то есть бумажное, свидетельство обещали прислать после оплаты второй части гонорара агентства — еще 1000 евро. Но девушка объяснила, что хотела найти настоящие архивные документы, а не поддельные.

В агентстве пообещали разобраться и перезвонить, но переписку удалили и на связь больше не выходили.

— Сначала я думала написать заявление и попытаться вернуть деньги, но потом передумала — вряд ли я что-то докажу, — признается Алеся.