Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. На странице известной TikTok-блогерки из Черикова появился пост о ее смерти. Ей было 32 года
  2. «Если у кинотеатра стоят 5−7 карет скорой помощи, то идет этот фильм». Рассказываем о самой известной в мире беларусской картине
  3. В Санкт-Петербурге взорвали автомобиль с полковником российской армии — СМИ
  4. Лукашенко ответил на упреки в том, что Беларусь и Россия к 2030 году готовятся к войне против НАТО и всего Европейского союза
  5. Лукашенко заявил, что у Беларуси с Польшей «разные позиции — так было и будет»
  6. Подняла фабрику с колен, но все равно села. Кто такая Анна Норкус, которой Лукашенко вручил орден
  7. Дзержинская птицефабрика отреагировала на массовые жалобы покупателей на некачественные яйца
  8. «Получается довольно необычная картина». Эксперты заметили изменения на рынке недвижимости Минска
  9. Экс-подполковнику КГБ, который «слил» разговоры Эйсмонт о гибели Романа Бондаренко, добавили срок
  10. Пропавший на отдыхе в Италии беларус погиб. Его личность установили спустя почти два месяца
  11. В России вынесли новый приговор бывшему миллиардеру и экс-министру — уроженцу Беларуси. Ему предстоит отбыть 14 лет колонии
  12. ГАИ переводят на усиленный вариант несения службы
  13. В 2027 году в Беларуси появится еще один оператор сотовой связи
  14. Горнолыжный комплекс «Логойск» продали с молотка почти за 20 млн рублей. Выяснили, кто теперь им владеет
  15. Лукашенко призывает беларусов обеспечивать себя самим. Похоже, такие заявления сказываются на госбюджете
  16. В Кремле завершилась встреча Путина с Уиткоффом и Кушнером, теперь спецпосланники Трампа встретятся с Зеленским
  17. «У нас хороший импульс, чтобы найти решение до Нового года». Чем закончились переговоры в Абу-Даби
  18. «Прокурор попросил 1,5 года колонии. И я отъехала». Большая беседа с Настой Дашкевич, которую судили с месячным ребенком на руках
  19. «Не можем себе позволить». Жена беларуса захотела выйти из российского гражданства — оказалось, что это дорогое удовольствие
Чытаць па-беларуску


Он решил все задания на централизованном тестировании по математике, но не успел перенести ответы в бланк — с этой ошибки началась его история переезда в Польшу. Сегодня Михась, студент Краковского экономического университета, учится на «прикладной информатике», сталкивается с трудностями адаптации, не может найти работу и признается: пока он ищет свое место в новой стране, но уже готовится к новому старту, пишет devby.io.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Беларусь я не рассматривал

— После 9 августа 2020 года стало ясно — я не буду учиться в беларусском университете.

Польша выглядела самым простым вариантом. Здесь есть возможность учиться бесплатно, можно выучить язык за год и подготовиться к поступлению. Например, поступить за год в США просто нереально.

Весь 11-й класс я фактически проболел с недиагностированным тревожным расстройством. Учился в физическом классе Лицея БГУ, готовился к ЦТ, параллельно учил польский — и практически каждую неделю был на грани нервного срыва.

Я получил сертификат уровня C1 и могу учиться бесплатно в польских университетах.

Само поступление тоже прошло непросто. ЦТ по математике я написал на 30. Решил все задачи, но не успел перенести ответы в бланк. В итоге прошел только в Торунь (UMK) и Люблин (Politechnika Lubelska).

Но больше всего хотел в Ягеллонский университет в Кракове — там было много лицеистов, и я думал, что это будет моей поддержкой. В итоге поступил со второй попытки — но не на «аналитическую информатику», куда хотел, а на «компьютерную математику».

Ты будто учишься сразу на двух специальностях

В Польше я учился в двух местах: в Ягеллонском университете и сейчас — в Краковском экономическом университете.

В Ягеллонке программа была странной: ни чистая математика, ни чистая информатика. Будто сразу две специальности.

Если ты не олимпиадник республиканского или международного уровня, тянуть это сложно. Первые студенты из Лицея БГУ там как раз были такими — под них даже сделали отдельную стипендию. Мы с одноклассником были первыми «обычными» лицеистами — и оба в итоге ушли. Он не выдержал и семестра.

Первый университет во многом соответствовал стереотипу про «режимный вуз»: за все время я встретил буквально два с половиной нормальных преподавателя. Большинство либо не помогало, либо открыто смеялось над студентами.

В нынешнем месте мне значительно легче. Преподаватели в основном адекватные, с ними можно разговаривать. Контингент студентов бывает разный, но это, кажется, довольно типично для Польши. Особенно для вузов не из топа.

Разница в программах большая. В Ягеллонке было четыре семестра матанализа, два — линейной алгебры, два — топологии, два — дифференциальных уравнений, вычислительная алгебра. Программированию учили через задачи с автоматической проверкой — как на контестах. Так проходили и базовое программирование, и алгоритмы.

В нынешнем университете на всю математику отведено три семестра. Настоящей computer science — максимум один семестр (если не считать операционные системы и сети). Зато много проектов: игры на C#, сайты, API.

С одной стороны, мне не хватает алгоритмов и структур данных. С другой — нравится, что почти все предметы заканчиваются проектами. Это заставляет думать и быть креативным, а на работе это часто важнее «сырых» знаний.

Из минусов — много предметов по экономике и бизнесу, потому что это все-таки экономический университет.

Стажировки есть, но искать нужно самому

В марте у нас была ярмарка вакансий. Частые гости — ABB, UBS, Hitachi, Accenture. Они регулярно появляются и на других мероприятиях. Университет тоже организует встречи с компаниями. Но со стажировками все равно сложно: практика обязательная, но искать ее нужно самостоятельно.

В целом для молодых людей в моей ситуации все выглядит довольно мрачно. Особенно психологически: я из Лицея БГУ, вокруг много успешных знакомых. На их фоне часто чувствую себя лузером.

За два года я отправил больше 100 резюме и получил только одно интервью. В это же время один одноклассник запустил стартап, другие уже несколько лет работают, еще один строит ракеты в США. А я сижу в Кракове и в очередной раз заполняю форму на сайте компании, сделанном на Workday.

Я очень люблю языки и лингвистику. Поэтому идеальный вариант — работа в Grammarly. Среди польских компаний тоже есть что-то интересное, особенно банки. Я недавно откликался на вакансию в Alior Bank, но без успеха.

Возможно, поэтому с каждым месяцем мне все меньше хочется оставаться в Польше.

«Польша — неплохо, но мне здесь некомфортно»

Я рад, что я здесь, а не в Беларуси. Хотя свою страну очень люблю и скучаю по ней каждый день.

В Польше есть плюсы: можно свободно говорить по-беларусски, пользоваться национальной символикой и не бояться за свою свободу. Рынок труда сложный, но он не изолирован от мира. Но у меня есть ощущение, что в Беларуси или России было бы проще найти работу. Например, знакомых из ВШЭ «Яндекс» активно брал на стажировки.

И жить здесь мне сложно. Беларусы и украинцы редко строят близкие отношения с местными. Девушки еще как-то, парни — почти нет. Есть ощущение «софт-блока»: с тобой готовы общаться, но что-то большее — это долго и не факт, что получится.

Я еврей, и здесь довольно сильный бытовой антисемитизм. Иногда это прямые высказывания, без фильтров — даже в, казалось бы, образованных кругах.

Поэтому я надеюсь переехать в Швецию. Меня приняли в магистратуру в Уппсалу. Сейчас жду ответа по стипендии. Если дадут — поеду.

Я уже был в Скандинавии — ездил по обмену Erasmus в Норвегию. Там было значительно проще строить отношения с людьми. Возможно, в Швеции будет похоже. Там тоже есть большая еврейская община и, кажется, меньше барьеров для иностранцев.

Читайте также на devby.io:

Хороший код больше не важен? Почему разработка катится не туда — мнение техлида

«Будет красивый репозиторий на git». Беларус сделал сервис, который хранит контекст для разных нейросетей

«Когда на счету оказалось $ 40к, я уволилась». История минчанки, которую добила работа в аутсорсе