Бывший политзаключенный Николай Статкевич до сих пор не знает, в каком статусе находится после освобождения: помиловали ли его окончательно или лишь временно выпустили из колонии из-за тяжелого состояния здоровья. О своей нынешней жизни в Беларуси, которую он отказывается покидать, политик рассказал немецкой газете Die Zeit.
Николай Статкевич был задержан 31 мая 2020 года в Минске на Комаровском рынке. В декабре 2021 года политика приговорили к 14 годам лишения свободы.
11 сентября 2025 года беларусские власти освободили и выдворили из страны 52 заключенных. Николай Статкевич стал единственным из этой группы, кто не пересек границу Беларуси и Литвы. Некоторое время политика можно было видеть на снимках с камер на границе, позже его в неизвестном направлении увезли люди в масках.
После этого Статкевич продолжил отбывать наказание за решеткой.
19 февраля 2026 года стало известно, что Николай Статкевич вышел на свободу. У политика в заключении случился инсульт.
В апреле экс-узник рассказал, что не смог получить справку об освобождении. Как заявило ему руководство СИЗО-1, такую бумагу выдать не могут, потому что Статкевича «не освобождали».
Разговор со Статкевичем проходил по видеосвязи, поскольку «западным журналистам сейчас практически недоступен въезд» в Беларусь, пишет издание.
«Я могу говорить свободно. Я говорю то, что думаю и считаю необходимым», — заявил политик в ответ на вопрос, насколько свободно он может говорить.
Он также пошутил, что его жена Марина Адамович — юристка и перед публикацией внимательно изучит весь текст:
«Она очень за меня переживает. Перед публикацией мы вместе просмотрим все интервью, и она скажет: с этим высказыванием тебе лучше быть осторожнее, потому что за него теперь дают 12 лет, а за это — десять лет».
Статкевич рассказал, что чувствует себя «совершенно свободным», но знает, что ситуация «может измениться в любой момент»:
«Власти молчат о моем статусе. Меня помиловали? Или только временно освободили, чтобы я мог поправить здоровье, а когда мне станет лучше, я должен буду отбыть оставшийся срок?»
По его словам, официальные запросы о юридическом статусе остались без ответа. После освобождения пресс-секретарь Александра Лукашенко Наталья Эйсмонт заявила, что Статкевича помиловали, хотя сам он об этом не просил.
«Но я понятия не имею[, правда это или нет]», — добавил политик.
Экс-политзаключенный рассказал, что считает перенесенный в заключении инсульт результатом отказа в необходимых лекарствах:
«Я думаю, режим не хотел нести ответственность, если бы я умер в заключении. Хотя этот инсульт был искусственно спровоцирован: мне отказывали в жизненно необходимых лекарствах. Когда я вышел из тюремной больницы, мне было очень трудно говорить, но мое состояние улучшается».
По мнению Статкевича, беларусские власти рассчитывают, что постоянная угроза повторного заключения заставит его уехать из страны. Политику предлагали лечение за рубежом, в том числе в Германии, где живут его дочери и внуки.
«Теперь представители режима, вероятно, надеются, что постоянный страх снова оказаться в заключении завершит их смертельную работу. Или что я наконец уеду из Беларуси лечиться за границу», — сказал он.
Статкевич добавил, что после освобождения ему сначала не вернули паспорт, который был необходим для лечения, — документ отдали уже позже, когда его состояние улучшилось.
Кроме того, по словам политика, власти ускорили снос дома в минском поселке ученых, где он живет с женой. Реконструкция района планировалась давно, но после его возвращения из колонии процесс якобы пошел быстрее.
«Это наверняка не совпадение. Но все попытки вытеснить меня из Беларуси оказались напрасными. Я не покину страну», — заявил Статкевич.
При этом политик не сомневается, что остается под пристальным наблюдением силовиков.
«Главная задача беларусской внутренней спецслужбы КГБ — борьба с политическими противниками. Было бы наивно полагать, что последний оппозиционер, который еще публично высказывается здесь (в Беларуси. — Прим. ред.), не находится под особым наблюдением», — сказал он.
По словам Статкевича, они с женой, находясь дома, не обсуждают свои дальнейшие планы.
«Для меня немыслимо покинуть страну. Это было бы все равно что бросить миллионы беларусов, которые до сих пор здесь живут. Знаете, люди постоянно подходят ко мне на улице, пожимают руку и благодарят», — добавил он.
