Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Кремле завершилась встреча Путина с Уиткоффом и Кушнером, теперь спецпосланники Трампа встретятся с Зеленским
  2. «На кого он больше похож: на Арагорна или Сириуса Блэка?» Фотограф снял беларуса в Варшаве, и тот восхитил пользователей соцсетей
  3. «Порядок мы наведем». Глава МВД напомнил сотрудникам ГАИ об оружии и пообещал защиту
  4. Чиновники озадачены «исчезающей» молодежью и думают, как ее удержать. Провластная экспертка, похоже, «проговорилась» о масштабе проблемы
  5. В Санкт-Петербурге взорвали автомобиль с полковником российской армии — СМИ
  6. «Депремирован на 50 рублей». Беларуска рассказала, что в их организации стали наказывать за опоздания. Законно ли это — объясняем
  7. В Минской области лоб в лоб столкнулись грузовик и микроавтобус. Погибли три человека
  8. Лукашенко назначил нового замглавы МВД
  9. Виктор Бабарико: С режимом необходимо разговаривать
  10. «Если у кинотеатра стоят 5−7 карет скорой помощи, то идет этот фильм». Рассказываем о самой известной в мире беларусской картине
  11. «Вот такая „черная пятница“, собачка». Беларусы жалуются на рост цен перед массовыми распродажами
  12. «Не можем себе позволить». Жена беларуса захотела выйти из российского гражданства — оказалось, что это дорогое удовольствие
  13. Горнолыжный комплекс «Логойск» продали с молотка почти за 20 млн рублей. Выяснили, кто теперь им владеет
  14. «Мой шок в шоке». Беларусы обсуждают работу в сортировочном центре Wildberries — туда очереди для трудоустройства
  15. «Спас тысячи жизней». Умер известный минский врач-онколог
  16. «Люди, которые принимают решения и ставят подписи, стали прятаться». Адвокатка рассказала о судьях, которые выносят незаконные приговоры
  17. Экс-подполковник КГБ, который «слил» разговоры о гибели Романа Бондаренко, перед этапом в колонию рассказал сокамернику, зачем это сделал


/

В Беларуси по статье о «содействии экстремистской деятельности» с 2021 года осудили минимум 1083 человека, из них 252 женщины. Об этом пишет правозащитный центр «Вясна».

Фото: из архива «Зеркала»
Фото: из архива «Зеркала»

Это сокращенная версия текста, полную можно прочесть по ссылке.

Ст. 361−4 (Содействие экстремистской деятельности) появилась в Уголовном кодексе только в 2021 году. Формально она предусматривает ответственность за «вербовку», «вовлечение», «обучение» и «иное содействие экстремистской деятельности». По статье предусмотрена ответственность от ограничения свободы до шести лет лишения свободы, а при повторности или других отягчающих обстоятельствах — до семи лет.

Однако, как отмечает «Вясна», за несколько лет практика применения этой статьи вышла далеко за пределы международно принятого понимания «содействия экстремизму». По ней преследуют людей за интервью независимым медиа, передачу информации правозащитникам, помощь политзаключенным, обучение или сотрудничество с организациями, признанными «экстремистскими формированиями», за отправку фото и видео военной техники и прочее.

По данным «Вясны», за «содействие экстремистской деятельности» уже осудили минимум 1083 человека, из них 252 женщины. За последние три месяца в «список экстремистов» внесли 135 осужденных за «содействие экстремистской деятельности».

«Статья о „содействии экстремистской деятельности“, в частности, служит тому, чтобы было легче выносить приговоры в отношении нелояльных людей. Правозащитники наблюдают: это та самая „удобная“ статья, которая подходит почти под любую ситуацию, когда есть конкретный человек как мишень для политических репрессий, а „посадить“ его по закону не за что», — отмечает юристка «Вясны» Виктория Руденкова.

При этом правозащитники отмечают, что отдельная проблема — то, что статус медиа может измениться. В результате действия, которые человек воспринимал как обычный разговор с журналистом, позже могут быть использованы в уголовном деле. Как это произошло в деле известного экс-адвоката Дмитрия Лаевского, которого 9 сентября приговорили к трем годам колонии, в том числе по статье «Содействие экстремистской деятельности».

Виктория Руденкова отмечает, что при такой и слишком широкой, и непредсказуемой норме невозможно заранее знать, безопасно ли дать интервью, помочь семьям политзаключенных, переслать фото или сделать вообще хоть что-то, что потенциально может не понравиться властям.