Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вы слышали имя Шир Хайт? Она написала книгу о том, как получают оргазм женщины — за это ее затравили так, что пришлось уйти в тень
  2. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  3. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  4. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  5. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  6. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  7. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  8. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  9. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  10. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  11. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  12. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  13. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  14. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  15. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  16. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты


Родная сестра политзаключенного адвоката Максима Знака Ирина Козикова вместе с мужем и пятилетним сыном выехала из Беларуси. Семье пришлось это сделать из-за угрозы безопасности после мартовской облавы на адвокатов, рассказала Ирина в Instagram 8 апреля.

Ирина и Юрий Козиковы с сыном после отъезда из Беларуси. Фото: Ирина Козикова
Ирина и Юрий Козиковы с сыном после отъезда из Беларуси. Фото: Ирина Козикова

Ирина и ее муж Юрий Козиков — оба юристы и работали адвокатами в одном бюро с Максимом Знаком. Юрий Козиков защищал Максима в суде, также был адвокатом политзаключенного экс-следователя Евгения Юшкевича. 20 марта, когда силовики устроили облаву на адвокатов, Юрий был задержан, дома у него прошел обыск. Мужчине дали 15 суток административного ареста.

После его освобождения семья покинула страну.

— Я магу дыхаць. Толькі зараз магу, — написала Ирина Козикова на своей странице после выезда. — Бачыць сусвет, мы ніколі не хацелі з’язджаць. Я заўсёды казала, што адзіная рэч, якая можа прымусіць нас з’ехаць, — гэта пагроза бяспецы маёй сям'і. На жаль, гэта адбылося, і пасля вобшука і 15 содняў майго мужа мы прынялі такое рашэнне. Мы пакінулі вялікую частку звыклага жыцця — кватэру, лецішча, мае заняткі керамікай, любых сяброў і радных. Але галоўнае, што наша сям’я разам.

Сейчас семья Козиковых находится в Вильнюсе и пробудет там какое-то время, а затем переедет в Польшу. Там супруги будут искать жилье и работу.

— Зараз ёсць нейкая разгубленасць, куды пакрочыць, бо няма разумення нават, які абраць горад. Калі знойдзецца праца ў адным з гарадоў, то будзем абіраць яго. Таму, сябры, калі вы можаце нам чымсці дапамагчы — мы будзем вельмі удзячныя, — говорит Ирина.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч. 1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч. 1 ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч. 3 ст. 361 УК).

Судили юриста вместе с Марией Колесниковой 9 сентября 2021 года. Им дали 10 и 11 лет колонии соответственно. С конца 2021 года Максим Знак содержится в ИК-3 «Витьба». В мае 2022-го КГБ внес его и Колесникову в список лиц, «причастных к террористической деятельности».

В 2022 году ООН признала заключение Максима Знака неправомерным.