Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Прокурор попросил 1,5 года колонии. И я отъехала». Большая беседа с Настой Дашкевич, которую судили с месячным ребенком на руках
  2. В России вынесли новый приговор бывшему миллиардеру и экс-министру — уроженцу Беларуси. Ему предстоит отбыть 14 лет колонии
  3. Дмитрий Лукашенко побывал во дворце одного из шейхов ОАЭ. Официально про встречу не сообщали, но в сеть попало видео
  4. Лукашенко призывает беларусов обеспечивать себя самим. Похоже, такие заявления сказываются на госбюджете
  5. Лукашенко ответил на упреки в том, что Беларусь и Россия к 2030 году готовятся к войне против НАТО и всего Европейского союза
  6. «У нас хороший импульс, чтобы найти решение до Нового года». Чем закончились переговоры в Абу-Даби
  7. «Если у кинотеатра стоят 5−7 карет скорой помощи, то идет этот фильм». Рассказываем о самой известной в мире беларусской картине
  8. В 2027 году в Беларуси появится еще один оператор сотовой связи
  9. На странице известной TikTok-блогерки из Черикова появился пост о ее смерти. Ей было 32 года
  10. Дзержинская птицефабрика отреагировала на массовые жалобы покупателей на некачественные яйца
  11. В Гомеле обвиняемый в суде сделал предложение потерпевшей
  12. Подняла фабрику с колен, но все равно села. Кто такая Анна Норкус, которой Лукашенко вручил орден
  13. Экс-подполковнику КГБ, который «слил» разговоры Эйсмонт о гибели Романа Бондаренко, добавили срок
  14. В Санкт-Петербурге взорвали автомобиль с полковником российской армии — СМИ
  15. Пропавший на отдыхе в Италии беларус погиб. Его личность установили спустя почти два месяца
  16. Горнолыжный комплекс «Логойск» продали с молотка почти за 20 млн рублей. Выяснили, кто теперь им владеет
  17. В Кремле завершилась встреча Путина с Уиткоффом и Кушнером, теперь спецпосланники Трампа встретятся с Зеленским
  18. Лукашенко заявил, что у Беларуси с Польшей «разные позиции — так было и будет»
  19. ГАИ переводят на усиленный вариант несения службы
  20. «Получается довольно необычная картина». Эксперты заметили изменения на рынке недвижимости Минска


/

«Киберпартизаны» опубликовали аудиозапись с прослушкой телефонных разговоров двух силовиков. Те пытаются найти «неуловимого» автора «политических» надписей на одном из зданий в Солигорске. Так, местная милиция испробовала уже все привычные методы вроде обысков у активистов и даже ставила фотоловушку (не помогло). Силовики решают обратиться к последней зацепке — данным биллингов мобильных телефонов — и довольно подробно описывают, как собираются искать возможного подозреваемого.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Utsman Media / unsplash.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Utsman Media / unsplash.com

«За эту ночь там шахнули. Так обидно»

«Утекший» разговор произошел в мае 2021 года. Общались Вадим Конопацкий, на тот момент — заместитель начальника Солигорского РОВД, и Игорь Качалов, заместитель начальника криминальной милиции УВД Миноблисполкома.

Проблема была такая: кто-то снова разрисовал «Эдельвейс этот б***ский». «Размалевки», сделанные одной и той же рукой, нашли уже в третий раз. Первый был в ночь 13 на 14 января, второй — на день милиции 4 марта, а третий — в мае 2021 года. Надписи были связаны с политикой, в самой свежей упоминались «Лука» и «фашизм». Возбудили уголовное дело по статье «Хулиганство».

Собеседники упоминают, что место действия в Поместье — микрорайоне Солигорска, географически он находится ближе к Старобину. Раньше Поместье было отдельным поселком, между собой силовики говорят о нем как об отдельном населенном пункте.

«Эдельвейс», который разрисовали, — это, скорее всего, местное унитарное предприятие, которое занимается ремонтом и строительством. Оно располагается как раз в районе Поместье. По открытым данным сложно сказать, почему кто-то решил разрисовать именно его.

Конопацкий сразу говорит, что «ситуация плохая». Автора надписей найти не получается, хотя «та же рука, тот же самый почерк». Силовики даже ставили рядом с «Эдельвейсом» фотоловушки — но не помогло.

— Там так получилось: я брал в БООРе (Беларусском обществе охотников и рыболовов — Прим. ред.), блин, эти фотоловушки. Я их с восьмого числа выставил, и буквально позавчера мне позвонил этот бооровец и сказал: мне они нужны, не могу больше держать, потому что там охота начинается, рыбалка. Я их снял, и за эту ночь там шахнули. Так обидно, б**.

Милиционер из Солигорска стал искать фотоловушку в других ведомствах. В уголовном розыске такого гаджета не нашлось, ДООРД отказался «выставиться», а ГУБОП «вроде пообещали принести одну фотоловушку».

«Полностью терроризируем, лупим обыски»

В разговоре Конопацкий довольно подробно описывает, как перебирал возможных подозреваемых.

— По людям — Поместье это полностью терроризируем, лупим обыски. По системе АИС «Беспорядки» — у нас там один поместский и семь старобинских. По «Маяку» посмотрели — никто [из них] в данный период времени в соте покрытия не фиксировался. По обыскам — вот сегодня была информация, что якобы БЧБ-флаг есть. Ну, провели [обыск], но не то пальто, сразу чувствуется. Будем облаживать, терроризировать дальше. Пока только так.

Конопацкий рассуждает, как надписи могут быть связаны с другими активистами из Солигорска.

— Тут я уже привязываю, может быть, даже к стачкому. Потому что накануне этот Бокун, мы же его задержали, этого Бокуна, дали ему 30 суток (речь о лидере стачкома «Беларуськалия» Анатолия Бокуна, его задержали 8 мая 2021 года, суммарно он отбыл в ИВС 45 суток. — Прим. ред.). И в стачкоме [заявили]: «Вот, опять репрессии». И вот буквально на следующий день появились надписи эти, опять там «Лука», «фашизм».

— Мы можем этих стачкомовцев по «Маяку» глянуть? Может, кто-то двигался в том направлении? Они же все солигорские? — интересуется Качалов.

— Да мы смотрели уже. Мы смотрели таких, которые могут, на это, скажем, способны. Но эти стачкомовцы сейчас с этими телефонами уже больше нас понимают, куда можно слушать, что такое телефон.

По словам Конопацкого, силовики уже проверили всех людей, которые живут в Поместье и раньше попадали в поле зрения милиции: «и двойку мы делали, и шмонали их». В результате установили, что все они непричастны к протестным надписям на «Эдельвейсе».

— Мы проверяем всех, кто языком своим где-то плещет, что против власти и все остальное. По сути, там уже больше некого проверять, потому что там одни олигархи в этом Поместье живут. Я больше склонен к тому, что это какая-то анархическая организация. Фанатское движение — тоже [нет]. Мы сейчас покрутили, сегодня вызывали — там и агент у нас есть. Них**а там тоже, ничего такого нет, чтобы где-то информация была.

«Это единственное, за что можно зацепиться»

На втором аудио уже Качалов звонит Конопацкому с конкретным предложением: как следует искать возможного автора надписей на «Эдельвейсе».

— Я вот сижу, думаю. А мы если по «Маякам» посмотрим конкретно эти числа [когда появлялись надписи]. У нас же ночи известны?

— Да, известны. Мы уже развивали задание по этому поводу. Я хотел задание на ДООРД (департамент криминальной разведки МВД. — Прим. ред.) дать. Мы дадим его, но большой очень будет объем, потому что…

— Не-не, знаешь что? У нас есть три конкретных числа. Давай, давай. Пускай будет большой объем. Но все равно эту работу надо начинать. У нас ничего нет пока. Это единственное, за что можно зацепиться, от чего можно плясать. Давай мы выберем этой большой объем. Мы же понимаем с тобой прекрасно, что это одни и те же люди будут.

— Это сто процентов, потому что почерк идентичен.

— Или же один и тот же человек. Вот нам надо три раза, чтобы были… Из трех дней мы выбросим все, оставим только те телефоны, которые три раза попали в эту соту. <…> Люди поуезжали. Вот посмотришь, у тебя будет очень мало телефонов, которые будут спать тут. <…> А еще где-то размалевки были подобные?

— Ну, вот именно такой почерк, идентичный пока не нашли. Я уже тоже этим озадачился. Поднимаю сейчас все, что у меня есть по уголовным делам, по административным. Но пока, чтобы сказать «это то же самое» — по буквам, по смыслу — пока нет. Везде что-то где-то похожее, но не то самое, скажем так. А здесь четко видно, что это одна рука.

— Ну, ясно. Давай все-таки… Все равно начинать не с чего.

Чем закончилась эта история и нашли ли настойчивого автора надписей — неизвестно.

Насколько просто силовикам найти человека по локации мобильного телефона?

Напомним, сим-карта беларусского мобильного оператора позволяет силовикам (и не только им) установить точное местоположение ее владельца. Они располагают специальной базой «Маяк», с помощью которой без запроса к операторам могут получать информацию о том, какие аппараты и сим-карты находятся в рассматриваемом районе.

Мобильный телефон с сим-картой постоянно подключается к ближайшим вышкам связи. Точность, с которой оператор может определить местоположение абонента, зависит от множества факторов, включая технологию, которую использует оператор, а также количество вышек сотовой связи на данном участке. Обычно, имея минимум три вышки связи, оператор может определить местоположение с точностью до километра.

— Если у спецслужб есть симка либо IMEI телефонного аппарата, то тут неважно, он включит эту симку в другом аппарате или аппарат просто включат с другой симкой. Контролируются две вещи: сим-карта и аппарат. Как только он их включает, это фиксируется через специальные программы, и таким образом выдается его локация — где он находится, примерно сота. И тогда уже можно включать прослушивание либо по IMEI аппарата, либо по симке. И уже искать его и задерживать. Сота — это примерно круг в километр, — объяснял основатель BYPOL Александр Азаров.

Как скрыть местоположение телефона

Если цель — полностью скрыть свою геолокацию в Беларуси, то единственный путь — не пользоваться телефоном с сим-картой (и не иметь его при себе). Лучше всего использовать для выхода в интернет «чистое» устройство, в которое до этого не вставлялась сим-карта беларусского (или российского) оператора. Просто выключить телефон — недостаточно безопасная мера. Даже выключенное устройство продолжает обмениваться информацией с окружающим миром.

Известны случаи, когда людям в Беларуси удавалось месяцами прятаться от силовиков. Например, семья правозащитников — супруги Алина Нагорная и Игорь Случак — два с половиной года оставалась в стране, скрываясь от политических репрессий. Им это удалось во многом благодаря тому, что они не пользовались сотовой связью и выходили в интернет только с помощью VPN.